Главный тренер «Акрона» Заур Тедеев вновь вернулся к теме скандального матча «Ростова» против «Сочи» в 2020 году, сыгранного в разгар пандемии коронавируса. Тогда он возглавлял детско-юношеское направление донского клуба и фактически вынужден был вывести на поле подростков против основного состава сочинцев. Встреча завершилась разгромом — 1:10, и, по словам Тедеева, этот день до сих пор остается одним из самых тяжёлых в его жизни.
Он признаётся, что до сих пор вспоминает тот матч с внутренней дрожью: юношеская команда «Ростова» оказалась лицом к лицу с опытными профессионалами, и исход был предсказуем. «Это тот самый печально известный ковидный матч, о котором я не могу думать спокойно, — говорит Тедеев. — Я тогда руководил ребятами, и именно я вышел с ними на ту игру. В одном из интервью я уже говорил: "Прошу прощения за испорченные души"».
При этом Тедеев подчёркивает, что не видит повода обвинять тренерский штаб и футболистов «Сочи». Он отдельно отметил Владимира Федотова, который в то время возглавлял сочинцев, как сильного специалиста и порядочного человека. Вспоминает и поведение форварда Александра Кокорина: несмотря на хет-трик, тот почти не праздновал голы, понимая, в каком положении оказались юные соперники.
Однако, если бы выбор был за ним, Тедеев поступил бы иначе. По его словам, он никогда бы не хотел выйти на подобный матч против подростков, зная, насколько неравные условия складываются для детей. А уж ведя 4:1 после первого тайма, точно не стал бы доводить счёт до двузначного, добивая соперника морально. Но, повторяет он, это его личное видение — к футболистам и тренерам «Сочи» у него нет претензий.
Особое недоумение у него вызывает тот факт, что «Ростов» даже не смог вывести на поле лучших игроков своей молодежной команды. В те времена молодые футболисты могли выступать без полноценных контрактов, а для их заявки в РПЛ требовались серьёзные финансовые затраты. Клуб оказался в зажатых обстоятельствах: брали тех, кто был формально доступен, а не тех, кто на тот момент был сильнейшим. «Состав фактически собирался ночью перед вылетом, — вспоминает Тедеев. — Последнего игрока мы успели заявить только в четыре утра».
В результате на поле вышли ребята, многие из которых не были готовы ни физически, ни психологически к такому уровню. Для самого Тедеева этот день стал одним из самых мрачных в карьере, но ещё тяжелее, по его словам, он сказался на самих футболистах. Для многих это был мощный удар по психике, последствия которого ощущаются до сих пор. Неслучайно, подчёркивает тренер, значительная часть той команды завершила профессиональную карьеру в совсем юном возрасте.
Он приводит конкретные примеры. Полузащитник Роман Романов, открывший счёт в том матче, некоторое время буквально «парил над землёй». Тренерскому штабу пришлось долго и аккуратно возвращать его к реальности, объяснять, что гол при итоговом счёте 1:10 — не повод для эйфории и не достижение уровня большого футбола. На это ушло немало времени, которое могло бы быть потрачено на развитие, а не на коррекцию восприятия.
Другой эпизод связан с вратарём Денисом Поповым, которому тогда было всего 17 лет. Он сумел парировать пенальти, пробитый Антоном Заболотным, и сразу оказался в центре внимания. На подростка обрушился поток рекламы и предложений от разных компаний. Для юного игрока это стало не поддержкой, а испытанием: слава и коммерческий интерес пришли слишком рано и совершенно не совпали с этапом его спортивного роста. В итоге, подчёркивает Тедеев, Попов завершил карьеру уже спустя три года после того матча.
Некоторым тот вечер, наоборот, подорвал веру в себя. Были ребята, которые после 1:10 замкнулись, перестали получать удовольствие от игры, утратили ощущение, что у них есть будущее в профессиональном футболе. Тедеев уверен: тот поединок стал отправной точкой для неблагоприятного сценария в судьбах многих талантливых юношей. «Для меня это было унизительно, — признаётся он. — Но для них — в разы тяжелее».
При этом Тедеев подчёркивает, что лично его та история не сломала и во многом благодаря позиции руководства клуба. Президент «Ростова» Арташес Арутюнянц сопровождал команду, поддерживал тренерский штаб и игроков. Особо врезался в память момент возвращения в город. После прилёта он предложил заехать на «Олимп-2», где располагалась база. Тедеев не понимал, зачем это нужно после такого разгрома, но согласился.
У стадиона их ждали болельщики. По словам Тедеева, там собрались десятки, а возможно, и сотни людей, которые не стали освистывать команду, а поддержали её. Фанаты скандировали название клуба, а он вышел к ним с опущенной головой, не зная, как реагировать. Услышав этот мощный заряд поддержки, испытал чувство, которое назвал «великим импульсом» — именно оно помогло ему продолжить работу и не опустить руки.
Сейчас, оглядываясь назад, Тедеев говорит: самое важное, что все эти ребята живы и относительно счастливы за пределами футбола. У многих не сложилась большая спортивная карьера, но им удалось найти себя в других сферах: кто-то занялся бизнесом, кто-то стал тренером, как, например, Рогава. Другие всё-таки дошли до профессионального уровня: Комаров и Горелов получили шанс в РПЛ, Лукьянов стал вторым вратарём в одном из клубов высшего дивизиона. Лангович тоже относится к тому поколению, хотя в Сочи тогда не поехал. Калистратов играет в Первой лиге, кто-то выступает во Второй, как Топурия или Куприянов. Сам автор того самого гола, Романов, ныне выступает за луганскую «Зарю» и является одним из лидеров коллектива в низшем дивизионе, готовясь подняться уровнем выше.
Но, подчёркивает Тедеев, это лишь часть истории. Есть и другая сторона — те, кого футбол, возможно, потерял именно из-за той игры. Кто-то не выдержал психологического груза, кто-то не сумел справиться с обрушившейся критикой или, наоборот, с неожиданной волной славы. И именно это, по его мнению, лучше всего показывает, насколько хрупкой может быть психика юного футболиста и как осторожно к ней нужно относиться.
Из этой истории Тедеев делает более общий вывод: проблема кроется не только в отдельном матче, а в системе работы с детьми и подростками. По его мнению, в России до сих пор переоценивают значение формальных ограничений, регламентов и лимитов, но при этом недостаточно внимания уделяют тому, как выстроен сам путь развития юного игрока — от первого занятия до профессионального контракта. Система часто рассматривает ребёнка как ресурс, а не как личность, и это рано или поздно бьёт по результату.
Он говорит, что детско-юношеский футбол нужно перестраивать так, чтобы в его основе лежали не только физические и технические требования, но и психологическая защита, воспитание характера, умение справляться с давлением. Если подросток выходит против взрослых профессионалов лишь потому, что так сложились регламенты или обстоятельства, это означает, что система не предусмотрела для него «подушку безопасности», а значит, уже дала сбой.
Особенно опасными Тедеев считает ситуации, когда подростки попадают в экстремальные условия без выбора: жёсткие турнирные задачи, огромный интерес СМИ, резкая смена статуса. Один удачный матч или один яркий эпизод моментально превращают их в «героев» в глазах публики, но за этим редко следует грамотное сопровождение специалистов. Ребёнок вчера ещё играл за школу или академию, а завтра от него уже ждут взрослого поведения и стабильных результатов.
Он убеждён, что клубы должны создавать полноценные штабы поддержки для юных игроков: психологи, педагогические наставники, специалисты по развитию личности. В противном случае каждый громкий провал, подобный 1:10, или, наоборот, вспышка успеха может превратиться в травму на годы. Задача тренеров — не только выигрывать матчи, но и защищать внутренний мир подростков от разрушительного воздействия внешних факторов.
Тедеев подчёркивает, что именно на уровне детско-юношеских школ формируется будущее всего национального футбола. Важны не только методики тренировок, но и атмосфера: как с детьми разговаривают, как объясняют поражения, как предотвращают звездную болезнь. Он вспоминает, сколько сил пришлось потратить, чтобы обуздать эйфорию одного игрока и вернуть уверенность другому — и всё это после одного-единственного матча, который, по сути, не должен был происходить в таком формате.
По его мнению, если подход к работе с юными футболистами изменится — станет более бережным, человечным и системным, — это даст российскому футболу гораздо больше, чем любые искусственные лимиты или косметические изменения в регламентах. Игроки будут дольше оставаться в профессии, реже ломаться психологически и чаще выходить на пик формы в зрелом возрасте, а не «сгорать» в двадцать лет после одного резонансного события.
История ковидного матча «Ростова» с «Сочи» в интерпретации Тедеева — это не только воспоминание о разгроме и личной боли. Это пример того, как одно решение на уровне взрослых может определять судьбы целого поколения подростков. И пока такие уроки не будут по-настоящему осмыслены, риски повторения подобных ситуаций останутся высокими.
